Как правило, северокавказское казачество изучается в рамках традиционных мест обитания – станиц. Здесь наиболее полно и по сей день сохранилась его материальная и духовная культура. Цель данной работы – обратить внимание на особенности развития казаков, проживавших в одной из крупных крепостей Северо-Восточного Кавказа – Грозной, преобразованной в 1870 г. в город.
После установления новых южных границ в регионе в XVIII–ХIХ веках здесь возникает система оборонительных сооружений, близ которых стали основываться новые казачьи станицы, а затем и поселения «мирных» горцев. Некоторые крепости, ставшие со временем городами, развивались достаточно быстро и вовлекали в торговлю, промышленное производство, нефтедобычу и пр. большую армию отходников из числа всех народов региона [1]. Казаки не только участвовали в их строительстве, проходили здесь службу, но зачастую невольно оказывались «горожанами».
Крепость Грозная, основанная в 1818 г., как и другие укрепления, с первых дней стала обрастать «разного рода посёлками». На север от неё располагался форштадт, в котором «селились женатые солдаты, а затем и разный ремесленный люд, торговцы». Напротив крепости, на правом берегу Сунжи, располагались четыре чеченских аула. В 40-х гг. ХIХ века «… Грозная и все четыре аула, приютившиеся под её стенами… издали казались довольно значительным городом, скорее мусульманским, нежели христианским, благодаря минаретам и пирамидальным тополям, придающим ей довольно живописный вид» [2]. Уже тогда в ней находились церковь, госпиталь, бульвар, сад, торговые лавки («роде гостиного двора»), что вызывало удивление современников.
В 50-е гг. лавки армян и евреев занимали целый большой квартал [3], постоянно проводились ярмарки. К этому времени Грозная стала одним из главных торговых центров на левом фланге Кавказской линии. В 1839 г. из солдат, которые должны были защищать мирных жителей форштадта, создаётся военное поселение, вскоре преобразованное в станицу Грозненскую, просуществовавшую до 1920 г. Она отделялась от крепости одной улицей Граничной [4]. Создание казачьих станиц рядом с крепостями было закономерно на Северном Кавказе. С одной стороны, тем самым происходило усиление казаками укреплённых линий, а с другой, шло мирное хозяйственное освоение территорий. Под защитой крепостей казаки и поселенцы форштадтов могли заниматься производительным трудом: хлебопашеством, разведением скота, огородничеством, торговлей и др. Подобная закономерность хорошо прослежена В.Б. Виноградовым на примере крепости Прочный Окоп, близ которой появилась станица донских казаков, а также ногайский аул Каланов, «Армянский аул» черкесогаев, адыгский аул «Щхашефищь» (Вольное). То есть крепости становились центрами притяжения пророссийского населения Северного Кавказа, настроенного на мирные виды деятельности [5].
Разницу функций крепостей и станиц хорошо осознавали горцы. Так, черкесская поговорка гласила: «Крепость – это камень, брошенный на землю. Его разрушат ветер и вода. Селение – это трава, что своими корнями уходит в землю. Вырвать её оттуда нелегко» [см.: 6]. В центре станицы Грозненской находилась базарная площадь. По субботам здесь можно было купить разные виды мяса и рыбы, овощи, фрукты, вино и др. Здесь торговали не только сунженские и терские казаки, но и чеченцы из Алдов, Бердыкеля, Старого Юрта, Беной Юрта. Зачастую они останавливались у своих кунаков. Некоторые грозненские казаки довольно хорошо говорили по-чеченски. В станице жили греки, армяне, а затем и русские иногородние. Грозненские казаки (среди которых отмечены Грузиновы, Черкашины, Шевченко и др.) роднились с жителями соседних казачьих станиц. Жители Грозненской занимались в основном сельским хозяйством (выращивали хлеб, овощные и бахчевые культуры, занимались охотой, скотоводством, разводили лошадей, казачки шили бешметы на продажу) [7].
Грозная (как и другие крепости и города региона) представляла собой многонациональное поселение, где проживали люди разной социальной принадлежности (солдаты, казаки, мещане,
торговцы, промышленники), старожилы и прибывшие из разных регионов России и из-за границы, из казачьих станиц и аулов, отличающиеся вероисповеданием и образом жизни. Со временем в г. Грозном были построены русская православная и армянская церкви, мечеть, католический костёл и синагога. Городская жизнь воспитывала религиозную, культурную толерантность у казаков-«горожан». По-видимому, не случайно, казаки крупных городов и крепостей региона владели несколькими языками и выполняли функции переводчиков. Казаки г. Грозного изначально имели совершенно иную среду обитания, чем казаки окрестных «однородных» станиц. Они встраивались и приспосабливались к новой экономической жизни, приобретали новые формы досуга, испытывали на себе влияние городской образовательной сферы.
К началу Первой мировой войны в г. Грозном имелось 6 учебных заведений, в которых могли получать образование дети разного пола, национальной и сословной принадлежности [8]. Примечательно, что в сельских районах Северного Кавказа образовательный уровень казачества и в 30-е гг. ХХ века, несмотря на все усилия Советской власти, оставался невысоким и руководители постоянно сетовали, что, например, избы-читальни не работают и превращены в заброшенные дома [9]. Об иных культурных запросах и потребностях казаков г. Грозного свидетельствует бытовавшая здесь частушка:
«Что же ты, моя Наташа,
От подружек отстаешь?
Книги Пушкина не знаешь,
Некультурно ты живешь!
Избы чисты, избы
новы, Всюду лампочки горят,
Наши парни-трактористы
Все за Пушкиным сидят» [10].
Городская среда с её новыми формами труда и быта становилась для казаков родной. Неслучайно, что в пореформенный период после принятия решения о переселении станиц, оказавшихся внутри городской черты, часть казаков осталась на прежнем месте жительства. По-видимому, именно благодаря им, в г. Грозном оседало немало жителей, местом рождения которых являлись не только гребенские, сунженские, терские, но и кубанские казачьи станицы. Об этом свидетельствуют грозненские свадебные песни, распространенные на Сунже и Тереке (например, в Червлённой), в Лабинске и др. местах. Примечательно, что популярную песню «Вспомним, братцы, мы кубанцы» исполняли как певцы, переехавшие в Грозный, так и коренные жители города. Бытовали в г. Грозном частушки и песни литературного происхождения, ставшие народными [11]. Их собрание находится в личном архиве известного филолога и исследователя терского казачества Екатерины Михайловны Белецкой. Со временем казаки г. Грозного испытывали всё возрастающее влияние городской культуры.
Н.Н. Великая.
К 200-летию города Грозного II Виноградовские чтения. Материалы Международной научно-практической конференции (7 апреля 2018 г.).
Примечания
1. Гарунова Н.Н. Российские города-крепости в контексте политики России на Северо-Восточном Кавказе в ХVIII – первой пол. ХIХ в.: проблемы политической, экономической и культурной интеграции: Монография. Махачкала, 2007.
2. Город Грозный. Популярные очерки истории (сост. А.И. Казаков). Грозный: Чеч.-Инг. кн. изд-
во, 1984. С. 14–15.
3. Головлёв А.А. Историко-географический очерк станицы Грозненской. Ульяновск, 2009. С. 29–30.
4. Головлёв А.А. Историко-географический очерк станицы Грозненской. Ульяновск, 2009. С. 29–
30; Грозный. Город, каким мы тебя помним… / сост. И.З. Пономарёва, Р.Н. Цирлина, О.А. Воробьёва. М., 2012. С. 10–14.
5. Виноградов В.Б. Прочноокопская округа – исторический центр Среднего Прикубанья: встреча и взаимодействие экологических и историкокультурных факторов // Прочноокопский историко-государственный многоугольник. Материалы научно-практической конференции в честь
200-летия линейно-казачьей Старой Станицы–Прочноокопской. Армавир, 1994. С. 5–6.
6. Пылков О.С. «Камни» и «трава» Лабинской кордонной линии // Из истории и культуры линейного казачества Северного Кавказа. Материалы девятой Международной Кубанско-Терской
научно-практической конференции. Армавир, 2014. С. 92.
7. Головлёв А.А. Историко-географический очерк станицы Грозненской. Ульяновск, 2009. С. 49–53.
8. Магамедова А.З. Развитие светского образования в Чечне во второй половине XIX и в начале XX веков // Актуальные проблемы современной науки, 2013 // [Электронный ресурс] http://naukarus.com/razvitie-svetskogo-obrazovaniyav-chechne-vo-vtoroy-polovine-xix-i-v-nachale-xxvekov (дата обращения 10 ноября 2017 г.).
9. Скорик А.П. Казачий Юг России в 1930-е годы: грани исторических судеб социальной общности. Ростов н/Д.: Изд-во СКНЦ ВШ ЮФУ, 2009. С. 474–475.
10. Благодарим к.филол. н. Е.М. Белецкую за предоставленную информацию.
11. Белецкая Е.М. Фольклор грозненской семьи в культурном пространстве провинциального города // Славянская традиционная культура и современный мир. Вып. 13. Традиционная культура современного города: Сб. научных статей. М., 2010. С. 173–193.
12. Дударев С.Л. Это было недавно, это было давно… Очерки истории и повседневного быта одной семьи в интерьере эпохи. К 190-летию основания города Грозного. Армавир; Ставрополь:
Сервисшкола, 2008. С. 235.